Сегодня (6 июня) отмечается день рождения А.С. Пушкина.

Разберу письма Татьяны к Онегину и Онегина к Татьяне, с позиции границ.

Если коротко, это история не о любви. У Татьяны - преждевременное слияние границ и неуместная женская инициатива на фоне потери себя из-за иллюзий и нужды в отношениях. У Онегина - фрустрация, холодная оборона и в конце уязвленное самолюбие, когда женщина стала недоступной.

Письмо Татьяны к Онегину

Я к вам пишу — чего же боле?

Что я могу еще сказать?

Теперь, я знаю, в вашей воле

Меня презреньем наказать.

Но вы, к моей несчастной доле

Хоть каплю жалости храня,

Вы не оставите меня.

Сначала я молчать хотела;

Поверьте: моего стыда

Вы не узнали б никогда,

Когда б надежду я имела

Хоть редко, хоть в неделю раз

В деревне нашей видеть вас,

Чтоб только слышать ваши речи,

Вам слово молвить, и потом

Все думать, думать об одном

И день и ночь до новой встречи.

Но, говорят, вы нелюдим;

В глуши, в деревне все вам скучно,

А мы... ничем мы не блестим,

Хоть вам и рады простодушно.

Зачем вы посетили нас?

В глуши забытого селенья

Я никогда не знала б вас,

Не знала б горького мученья.

Души неопытной волненья

Смирив со временем (как знать?),

По сердцу я нашла бы друга,

Была бы верная супруга

И добродетельная мать.

Другой!.. Нет, никому на свете

Не отдала бы сердца я!

То в вышнем суждено совете...

То воля неба: я твоя;

Вся жизнь моя была залогом

Свиданья верного с тобой;

Я знаю, ты мне послан богом,

До гроба ты хранитель мой...

Ты в сновиденьях мне являлся

Незримый, ты мне был уж мил,

Твой чудный взгляд меня томил,

В душе твой голос раздавался

Давно... нет, это был не сон!

Ты чуть вошел, я вмиг узнала,

Вся обомлела, запылала

И в мыслях молвила: вот он!

Не правда ль? я тебя слыхала:

Ты говорил со мной в тиши,

Когда я бедным помогала

Или молитвой услаждала

Тоску волнуемой души?

И в это самое мгновенье

Не ты ли, милое виденье,

В прозрачной темноте мелькнул,

Приникнул тихо к изголовью?

Не ты ль, с отрадой и любовью,

Слова надежды мне шепнул?

Кто ты, мой ангел ли хранитель,

Или коварный искуситель:

Мои сомненья разреши.

Быть может, это все пустое,

Обман неопытной души!

И суждено совсем иное...

Но так и быть! Судьбу мою

Отныне я тебе вручаю,

Перед тобою слезы лью,

Твоей защиты умоляю...

Вообрази: я здесь одна,

Никто меня не понимает,

Рассудок мой изнемогает,

И молча гибнуть я должна.

Я жду тебя: единым взором

Надежды сердца оживи

Иль сон тяжелый перерви,

Увы, заслуженным укором!

Кончаю! Страшно перечесть...

Стыдом и страхом замираю...

Но мне порукой ваша честь,

И смело ей себя вверяю...

С точки зрения гендерных границ, письмо Татьяны абсолютно мимо. Хочешь все испортить - признайся в любви первая, предоставь себя мужчине на блюдечке.

Женщины, догадываясь о том, что так делать не стоит, все равно признаются в любви, убежденные: “Татьяна - это какая-то деревенская дурочка. А я женщина привлекательная и аппетитная со всех сторон. О моем признании мужчина мечтает!” (ну, может, скромнее, но в этом направлении думает почти любая, кто решает признаться мужчине в чувствах первая). Даже та, кто довела себя своими фантазиями до сильной аддикции и уже буквально не может молчать, все равно где-то в глубине души уверена, что ее признание - величайший дар. В противном случае она бы связала себе руки, но не написала ни строчки тому, кто не ищет ее внимания.

С точки зрения личных границ, Татьяна присвоила Онегина на пустом месте, не имея с ним никаких отношений. Она его видела один раз. До такой степени она “созрела”, что в тот момент могла бы влюбиться в камень у дороги, если бы его одели во фрак.

Онегин - столичный скучающий франт, который просто подвернулся под руку. “На безрыбье и рак рыба”. Он отличался от других мужчин, поэтому к нему так воспылала Татьяна.

Любая инициатива - это констатация нужды. А женская инициатива - это нужда в квадрате. У кого больше нужда, тот снизу, а нуждающаяся женщина - не просто снизу, а где-то у плинтуса.

При этом с позиции гендерных границ мужская инициатива уместна, потому что соответствует мужской гендерной роли. А женская инициатива ломает гендерную игру, убивает романтику и мешает нормальному сближению, в основе которого - мужское спонтанное желание. Природу не обмануть. И те, кто хотят обмануть, потом бегают по психологам и сексологам, жалуются налево и направо, обвиняя мужчин в импотенции и несерьезности.

При этом Татьяна не просто пишет о чувствах. Она сразу отдает Онегину власть над собой:

“Теперь, я знаю, в вашей воле

Меня презреньем наказать”.

Это уже не признание в симпатии. Это передача рычага власти: “Делай со мной все, что хочешь. Я вся твоя”. Онегин правильно говорит ей позже при личной встрече: “Учитесь властвовать собою”, намекая на то, что мужчины могут воспользоваться такой открытостью. А потом такая Татьяна будет жаловаться: “Я его так любила. Всю себя ему отдала. А он мною воспользовался и бросил”. Так зачем надо было вешаться на равнодушного мужика? Такая светлая мысль ей не пришла в голову, когда она отправляла письмо.

Татьяна заранее ставит Онегина в позицию судьи: он может наказать, пожалеть, спасти, оживить надежду или разрушить сон. В письме много просьб, стыда, мольбы, намеков на судьбу, слез и вручения себя в его пользование. Так выглядит сильная нужда, завернутая в романтическую упаковку. Татьяна как будто говорит: “Я слабая, я гибну, я одна, никто меня не понимает, теперь ты отвечаешь за то, что со мной будет”.

Спрашивается, зачем Онегину безвольное, не уважающее себя существо в соплях? Он опытный мужчина, уже уставший от отношений. Ему все ясно как божий день: с чего все начнется и чем все закончится. Он старше, и он уже циничен в любви.

Онегин избегает брака и серьезных отношений из-за фрустрации в любви. Серьезная женская влюбленность для него выглядит давлением, лишней ответственностью и потерей свободы. Другое дело, если бы Онегин влюбился первым. Но он не влюблен, поэтому такие душевные излияния малознакомой девушки его закрывают.

Татьяна ему никто и звать ее никак. Она не заняла место в его жизни. У них нет общей истории. Зато в ее внутреннем иллюзорном мире уже “ты мне послан Богом”, “до гроба ты хранитель мой”, “вся жизнь моя была залогом свиданья верного с тобой”. По сути, она описывает его как Христа - идеального мужчину, которого нет в природе. Для Онегина это дополнительная ответственность, потому что он не собирался быть ее хранителем и спасителем.

Татьяна выходит из границ по всему письму. Не опирается на факты, дорисовывает то, чего нет. Навязывает Онегину общую судьбу. В границах нужно было сначала узнать его ближе, а она повесила на Онегина желаемый образ. “Кто ты, мой ангел ли хранитель, или коварный искуситель” - она не видит реального мужчину. Она видит роль, которую он должен занять в ее внутренней драме.

Главный выход из границ: Татьяна сделала Онегина центром своей судьбы до того, как он сам сделал шаг к ней. Она стала женщиной, которая сама себя принесла мужчине и просит не отвергнуть. Более жалкое признание в любви сложно придумать.

В ответ Онегин ведет себя холодно, но в его отказе есть логика позиции. Он не берет на себя то, за что не хочет отвечать. В романтическом смысле он ее отвергает. Но с точки зрения границ он не пользуется ее самоунижением. Он не соблазняет девушку, которая уже вручила себя ему в руки, и не превращает ее нужду в свою выгоду.

Я считаю, что в школе нельзя давать девочкам читать это взрослое произведение без уместного психологического разбора. Либо учитель должен правильно расставить акценты, чтобы не романтизировать образ Татьяны и не демонизировать Онегина.

Письмо Онегина к Татьяне

Предвижу все: вас оскорбит

Печальной тайны объясненье.

Какое горькое презренье

Ваш гордый взгляд изобразит!

Чего хочу? с какою целью

Открою душу вам свою?

Какому злобному веселью,

Быть может, повод подаю!

Случайно вас когда-то встретя,

В вас искру нежности заметя,

Я ей поверить не посмел:

Привычке милой не дал ходу;

Свою постылую свободу

Я потерять не захотел.

Еще одно нас разлучило...

Несчастной жертвой Ленский пал...

Ото всего, что сердцу мило,

Тогда я сердце оторвал;

Чужой для всех, ничем не связан,

Я думал: вольность и покой

Замена счастью. Боже мой!

Как я ошибся, как наказан.

Нет, поминутно видеть вас,

Повсюду следовать за вами,

Улыбку уст, движенье глаз

Ловить влюбленными глазами,

Внимать вам долго, понимать

Душой все ваше совершенство,

Пред вами в муках замирать,

Бледнеть и гаснуть... вот блаженство!

И я лишен того: для вас

Тащусь повсюду наудачу;

Мне дорог день, мне дорог час:

А я в напрасной скуке трачу

Судьбой отсчитанные дни.

И так уж тягостны они.

Я знаю: век уж мой измерен;

Но чтоб продлилась жизнь моя,

Я утром должен быть уверен,

Что с вами днем увижусь я...

Боюсь: в мольбе моей смиренной

Увидит ваш суровый взор

Затеи хитрости презренной —

И слышу гневный ваш укор.

Когда б вы знали, как ужасно

Томиться жаждою любви,

Пылать — и разумом всечасно

Смирять волнение в крови;

Желать обнять у вас колени

И, зарыдав, у ваших ног

Излить мольбы, признанья, пени,

Все, все, что выразить бы мог,

А между тем притворным хладом

Вооружать и речь и взор,

Вести спокойный разговор,

Глядеть на вас веселым взглядом!..

Но так и быть: я сам себе

Противиться не в силах боле;

Все решено: я в вашей воле

И предаюсь моей судьбе.

Кто давно читал произведение, возможно, не помнит, что после дуэли с Ленским Онегин уезжает путешествовать. Два года он ищет себя и пытается убрать чувство вины. Он явно не думает о Татьяне. Его “внезапно вспыхнувшие чувства” могли быть следствием его самонаказания и удара по самолюбию. Пушкину никак не удавалось совершить с Онегиным внутренний переворот. Путешествия не стали для него поводом измениться и выйти из фрустрации. И вот, Пушкин придумал то, что могло сработать: самолюбие Онегина задели.

Муж Татьяны - генерал - был выбран Пушкиным не случайно. Именно кто-то выше по статусу мог зацепить Онегина за самолюбие. Девочка-простушка, которая сумела заинтересовать целого генерала сразу выросла в его глазах. А ее сдержанное обращение с ним еще больше усилило его желание вернуть власть над ее сердцем.

То есть не надо думать, что Онегин “одумался” и “понял, кого потерял”. Нет. Ничего он не понял. И, если бы Пушкин продолжил роман, то Онегин бы в итоге, скорее всего, обесценил Татьяну, нашел в ней кучу недостатков и продолжил свою холостяцкую жизнь или женился бы годам к 40-ка, потому что надо же хоть что-то поменять в своей жизни.

В своем письме Онегин сфокусирован на себе любимом. Там много мучений, самоописания, потребности видеть ее, следовать за ней, ловить улыбку и движение глаз:

“Нет, поминутно видеть вас,

Повсюду следовать за вами…”

Все это, конечно, прекрасно. Но что он ей предлагает? Ничего. Почему? Потому что ему не нужна с ней жизнь бок о бок. Пусть она живет себе с генералом, а любит его - такой план был у Онегина, когда он писал это письмо. Он хотел вернуть себе утраченную возможность быть сверху. Раньше она была в его власти, теперь он в ее власти:

“Все решено: я в вашей воле

И предаюсь моей судьбе”.

“Какая судьба? Мальчик, ты, перед тем как писать это страстное письмо, подумал, где мы будем жить и что мне делать с моим мужем?” - могла бы спросить Татьяна, если бы была зрелой женщиной.

В итоге они поменялись позициями, но ни один из них не вырос личностно. Они оба не готовы к зрелой любви. Оба считают, что осчастливливают другого своим признанием. Обо любят себя в своей драме. Поэтому хорошо, что Пушкин не написал продолжение. Оно предсказуемо.

Также важно заметить, что Онегин не думает о репутации Татьяны. Одно дело - писать свободной женщине, другое - писать замужней. Он приперся в дом генерала, мог ее скомпрометировать, упал в соплях возле ее ног. То есть он думал опять только о себе любимом, не о Татьяне. Следовательно, никакой любовью тут не пахнет.

Любовь в границах не похожа на страдания этих незрелых людей. Человек, который любит в границах, любит человека, не иллюзорный образ, как в случае с Татьяной. И такой человек учитывает, как его признание может навредить любимой женщине, как в случае с Онегиным, который на самом деле оплакивает потерю своего влияния.

Оба письма красивы как литература. Но как модель отношений это два варианта выхода из границ. Иллюзии и самолюбие могут выглядеть как высокая любовь, если описаны красивым языком гениального Пушкина. Но результат у них узнаваемый: человек не получает близость, а получает больную зависимость от другого.

(Оживить роман "Евгений Онегин" в своей памяти можно, прослушав/просмотрев цикл передач на канале "Культура" в исполнении Валентина Непомнящего).